О книгах: Филипп Клодель Моё имя Бродек Французы во всём имеют свой неповторимый почерк.


 
Я знаю, зачем нужны эти кнопки. А ты? Тогда поделитесь с друзьями!




1 марта 2016 - Ксюша
О книгах:  Филипп Клодель Моё имя Бродек Французы во всём имеют свой неповторимый почерк.
Филипп Клодель «Моё имя Бродек»

Французы во всём имеют свой неповторимый почерк. И очаровывают, притягивают, западают в душу. Даже российский книгоиздательский бизнес, в основном достаточно жестокий к первоисточникам текстов, с французами теряет волю и тает. Даже обложки у книг французских авторов обладают особенным очарованием. Тексты Клоделя элегантно экспрессивны. Они, как картины на лицевой стороне переплётов (для оформления тома «Моё имя Бродек» выбрано полотно Ван Гога), создаются кропотливо, мазок за мазком, краски тщательно подбираются и смешиваются, цельный образ формируется не сразу, поскольку для восприятия этих, на первый взгляд даже обезвоженных текстов необходимо совпадение различных факторов: освещённости, влажности воздуха, внутреннего состояния, чистоты восприятия. Если всё в резонансе, то можно увидеть одновременно дождь и радугу, падающий снег и солнце, слёзы и улыбку. Можно увидеть всё, из чего складывается жизнь, что бережными мазками на большом холсте память наносит день за днём, пока не останется лишь поставить подпись: «Здесь был Бог» или «Здесь нет места Богу».

Третий роман в серии «Французский почерк» открывает Клоделя с новой стороны. «Дитя господина Лина» грустно вальсировало вокруг проблемы иммигрантов, «Серые души» рвали тонкими пальцами молний серую вату туч в атмосферном фронте триллера. «Моё имя Бродек» бросает в камеру к узнику своего внутреннего концлагеря. Бродек, сложив память за спиной, нарезает круги по тесному дворику своей жизни. Над ним – Камю и Кафка, под ним – Шлинк и Кутзее. То, что нас не может сломить, превращается в цепи. Как когда-то солдаты вышибали двери, чтобы изловить «юде», так Бродек тяжёлым тараном воспоминаний вышибает дно, из которого вечным дождём проливаются слова, образы, события, поступки. Мог ли он поступить иначе, если бы ему не было так страшно? Бродек раз за разом возвращается к своей памяти, к лицам людей, в которые он боялся посмотреть открыто. Война проходит, унижения остаются. Жизнь меняется, память тянет обратно. Какие тайны возвращают живым мёртвые, взывая всей своей непрожитой жизнью к совести тех, кому никогда не хватит времени, чтобы выговориться полностью?

Приобрести: bookvoed.ru/book?id=6514377&utm_source=vkontakte&utm_medium=social&utm_campaign=vkontakte
Рейтинг: 0 Голосов: 0 88 просмотров

Комментарии