Власть: В истории со зверским убийством русской девочки в Москве мы столкнулись с терактом Московская полиция усилила профилактику так называемой


 
Я знаю, зачем нужны эти кнопки. А ты? Тогда поделитесь с друзьями!




1 января 1970 - Роман
«В истории со зверским убийством русской девочки в Москве мы столкнулись с терактом»

Московская полиция усилила профилактику так называемой ксенофобии в связи со зверским убийством четырехлетней русской девочки Анастасии Мещеряковой няней-узбечкой Гульчехрой Бобокуловой, которая 20 (!) минут свободно разгуливала по российской столице с отрезанной головой ребенка, кричала «Аллах акбар!» и угрожала себя подорвать. Иными словами, правоохранительные органы действуют типично для Многонациональной Федерации. Мигрант-исламист зарезал русского человека, но бороться будут, конечно, с ксенофобией у русских.

Между тем относительно личности няни-узбечки Гульчехры Бобокуловой, отрезавшей голову четырехлетней русской девочке Анастасии Мещеряковой, в федеральных СМИ появились любопытные подробности. Газета «Московский комсомолец» якобы связалась с участковым из родового села Бобокуловой в республике Узбекистан, и участковый заявил, что Гульчехра уже 15 лет как страдает тяжелой шизофренией и даже два года лежала в больнице, откуда ее не хотели выпускать. То есть речь идет о принудительной госпитализации неадеквата.

«Таким образом, - констатирует популярный русский националистический ресурс Sputnik & Pogrom, - получается, что родители убитой Анастасии Мещеряковой два года не замечали, что их дочь нянчит нуждающаяся в принудительной госпитализации шизофреничка в терминальной стадии. Старший ребенок - подросток 15 лет - тоже не заметил, что у них день и ночь в доме живет клиническая сумасшедшая. И предыдущий наниматель Бобокуловой, порекомендовавший ее родителям, тоже не понял, что перед ним опасная для окружающих сумасшедшая. И Настю с Гульчехрой оставили родители, не заметив, что у той начался приступ.

То есть у нас вот просто целая страна ненаблюдательных людей, которые годами не могут распознать тяжело больного шизофреника. Причем до работы няней узбечка Гульчехра Бобокулова работала в российской столице продавщицей, но и огромный поток не заметил, что перед ними шизофреник-убийца. «Вот ведь оно как бывает!»

Но на секунду предположим, что «МК» не врет и участковый, с которым газета говорила, действительно существует (в тексте интервью не приведены ни ФИО, ни номер, ни адрес, ничего, что могло бы идентифицировать узбекского милиционера и дать нам понять, что он реальный мент-узбек, а не переписывание темника из администрации президента своими словами). И что Бобокулова правда клиническая шизофреничка, которую в Узбекистане принудительно госпитализировали.

Тогда получается, что на территорию России может въехать и годами там работать с людьми (что няня, что продавщица - непосредственный контакт) сумасшедшая среднеазиатская убийца. Легально въехать. Получается, что всю Федеральную миграционную службу надо разгонять и судить, а визовый режим вводить вот прям завтра - пополам с массовыми депортациями: кто знает, сколько еще среднеазиатских шизофреников к нам понаехало. В результате наше общество стоит перед двумя версиями событий. Или перед нами нормальная узбекская религиозная женщина, которая от сильного стресса пошла в джихадизм, решив снять семейные проблемы жертвой четырехлетнего русского ребенка Аллаху, и тогда, конечно, надо вводить визы со Средней Азией и разгонять Федеральную миграционную службу. Или перед нами тяжело больная шизофреничка, годами работавшая на территории РФ и регулярно ездившая на родину и возвращавшаяся назад без всяких проблем, и тогда, конечно, надо вводить визы со Средней Азией и, опять же, разгонять ФМС. Выбирайте, какой из вариантов уместнее.

Ну и на сладкое. Пресс-секретарь российского президента Дмитрий Песков заявил, что отказ федеральных телеканалов сообщать об убийстве Анастасии Мещеряковой - мировая практика, чтобы не травмировать нежную психику верующих во Владимира Путина телезрителей и т.п. Как ни странно, Песков прав. Так, после новогодней оргии в Кельне, где толпы мигрантов насиловали и грабили немок, германские СМИ несколько дней в упор молчали о случившемся, чтобы не травмировать нежную психику верующих в канцлера ФРГ Ангелу Меркель телезрителей, и лишь под давлением поднимающегося в Интернете возмущения были вынуждены признать массовые преступления мигрантов. Но есть куда двигаться дальше. В Швеции, например, полицейским настоятельно рекомендовали не сообщать прессе о преступлениях мигрантов, помечаемых спецкодом. Ну, чтоб фашизма там не было, национализма, ксенофобии какой. Ну а то, что там порезали кого или изнасиловали, - бывает, дело житейское, главное, чтоб не фашизм, а дружба народов. Вполне возможно, что прогрессивную шведскую практику у нас тоже уже переняли, но мы о ней не знаем (а Бобокулова - исключение, потому что сложно скрыть размахивающую головой джихадистку в черных одеждах шахидки).

Что в заключение хотелось бы сказать? Люди, берегущие нежную психику россиян в соответствие с мировой практикой от информации о злодениях мигрантов, - преступники. И рано или поздно их будут судить. А пока такой момент не настал, нужно помнить, что федеральные средства массовой информации не просто лгут, а тупо замалчивают целые куски российской реальности, все дальше дрейфуя в счастливую северокорейщину. А в то же самое «Фонтанка» сообщает, что 1 марта в Петербурге азербайджанец зарезал русского, сдававшего ему квартиру, с криком «Аллах Акбар!» Вот интересно: как скоро «Московский комсомолец» позвонит в Азербайджан, выяснив у участкового, что и он был шизофреником с 15-летним стажем? И как скоро население дойдет до простой мысли: «Шизофреники, не шизофреники, какая разница? Пусть их черти в аду сортируют»?»

«Нет никаких сомнений, что в истории со зверским убийством русской девочки в Москве мы столкнулись с терактом, - уверена русская писательница Елена Чудинова. - Квалифицировать преступление как-то иначе - недобросовестно. В отличие от прицельного террора XIX столетия, с самого начала ХХ века террор трансформировался в убийство людей, не имеющих за собою никакой вины (пусть и мнимой, но реальной в глазах террориста), и даже предпочтительно в убийство наиболее уязвимых членов общества. Ибо цель террора - устрашение населения. Убийство условно виновных менее страшно, чем убийство категорически невинных (каждый мысленно ставит себя на место погибших), а убийство больной маленькой девочки страшнее, чем убийство взрослого мужчины. Следовательно, девочка предпочтительнее. Ничего нового мы не наблюдаем - вспомним Беслан, а ему предшествовали роддом в Буденновске или израильский Маалот.

Но совершенно очевидно, что преступление не будет классифицировано как теракт. Ибо, хотя страна и находится в состоянии боевых действий против исламского экстремизма, внутри у нас продолжается курс на замалчивание, словно сама идея о возможностях подрывной работы среди российской уммы по определению невозможна. Кроме того, российские чиновники опасаются разгребать ими же созданную ситуацию с миллионами ввезенных в страну легальных и нелегальных среднеазиатов. Пусть все как-нибудь само собой рассосется, тем более что часть гастарбайтеров уже вымыл из страны экономический кризис.

Однако теракт просматривается невооруженным взглядом. Неблагополучная - в кавычках - женщина, часами висевшая в Интернете, в промежутках вдруг ударившаяся в молитвы, - классика жанра обрабатываемой (подготавливаемой к убийству) шахидки. Наркотики? Да, шахидки всегда на наркотиках. Психика? Еще надо доказать, но неустойчивая, в принципе, предпочтительнее. На заднем плане просматривается мужчина. Все тепленько. Вдруг появился специфический наряд (по утверждениям соседей, одевалась обыкновенно). Тут уж точно не психика, а демонстрация. Размахивая головой жертвы, убийца не что-то выкрикивала, как утверждает «Комсомольская правда», а «Аллах Акбар!» Ну и что сие как не теракт? Малочисленный? Вероятно, спецслужбы наши работают внимательно, за что им спасибо. Но при всем том, что погиб единственный слабенький ребенок, - срежиссировано так, что акция устрашения весьма эффектна.

Действия России в Сирии лично я скорее одобряю (пусть и с определенными оговорками). Но не вполне могу понять позицию властей, по сути, отказывающихся по всем фронтам признать наличие радикального ислама внутри РФ и его опасность. Так что я считаю, что петиции надлежит писать не столько за ужесточение казни гнусной убийце (хотя, конечно, тоже не помешает), а настаивать на усилении профилактики исламского терроризма. Именно его, а не за мифическими фашистами бегать, ибо, напомню, что воюем мы все-таки не против нацистской Германии. Я не хочу вдаваться в то, кто фашист, а кто не очень фашист, ибо - еще раз! - военных действий против нацистской Германии наша страна не ведет».
Рейтинг: 0 Голосов: 0 382 просмотра

Комментарии