Новости РУ: club12571176 Тёма на воротах семья Ребровых о травмах, победах и светлом будущем Часть II Артем Ребров во время защиты диплома в


 
Я знаю, зачем нужны эти кнопки. А ты? Тогда поделитесь с друзьями!




1 января 1970 - Даниленко
Новости РУ:  club12571176 Тёма на воротах семья Ребровых о травмах, победах и светлом будущем Часть II Артем Ребров во время защиты диплома в
[club12571176|"Тёма на воротах": семья Ребровых о травмах, победах и светлом будущем / Часть II]

Артем Ребров во время защиты диплома в Московском Государственном университете прикладной биотехнологии. 2006 год © Фото из семейного архива Ребровых

Когда я Артема спросил, где он думает учиться после школы, у него не было никакого желания яркого: “Пап, мне нравится футбол”. Но футбол в любую минуту может закончиться, надо иметь образование. Я предложил поступать в МЭИ, где сам учился. Тёма начал заниматься – мы купили методичку, он сидел и решал почти все задачи. Утром шел на курсы, оттуда на тренировку. Проучился два или три месяца на курсах, учился хорошо. Но однажды приходит: “Пап, нужно переговорить. Знаешь, не мое это”. Сегодня я понимаю, что он сделал очень правильный шаг. Не стал косить, обманывать – знал, что я этого не люблю. “Хорошо, – говорю, – давай искать твое”.

В школе Тёма учился на биологическом направлении. Это у него мамино – она очень любит цветы, сад, огород, в этом равных ей мало. Так и у Артема – биология, любовь к растениям, ко всему живому. Мы стали объезжать технические вузы – МАИ, МАДИ, и вдруг он говорит: “Поехали на ВДНХ”. Мы едем. Помню, там порося лежала – здоровая свиноматка, метра два с половиной или три. И он так обрадовался, когда увидел этих поросяточек: “Пап, здесь я готов себя реализовать”. К тому же дед Тёмы, мой отец, был ветеринаром. Так мы выбрали Институт биотехнологии на улице Талалихина, ветеринарный факультет. Я ему говорю: “Тём, это будет тебе близко, в футболе пригодится знание мышц, структуры скелета”. Он с удовольствием согласился – и учился с удовольствием. Химию знал отлично, биологию – хуже, но тоже неплохо. Преподавательница подготовительных курсов, Ольга Владимировна, говорила: “Равных ему не было. Приходил с тренировки измотанный, с огромным баулом, мокрый, уставший, но ни разу не пришел неподготовленный, никогда”.

“Это был гром среди ясного неба”

Надежда Владимировна и Геннадий Николаевич Ребровы © Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС 

Г.Н.: Травмы начались внезапно, это был гром среди ясного неба. Однажды – Тёма уже оканчивал школу – приезжаю с работы поздно, часов в десять. Он уже лежит, но не спит. “Ты что?” – “Пап, у меня что-то с ногой”. Рассказывает – они разминались на резинке, кто-то выбил мяч. Он, догоняя, развернулся, мяч отбил, и в ноге у него что-то хрустнуло. Смотрю – нога отекшая. Это была его первая травма – на жесткой поверхности сделал неверное движение. Сегодня он уже знает, как нужно это делать правильно – и на траве, и на жестком покрытии. А тогда это привело к травме, и никто толком не понял, что произошло. Он восстановился, начал тренироваться, но пошли проблемы, связанные с нестабильностью сустава. Тёме много процедур пришлось пройти: никто не верил, что проблемы в крестообразной связке, потому что у него четырехглавая мышца очень мощная была. Но когда артроскопом проверили внутреннее состояние сустава, то убедились, что там разрыв крестовой связки. У Артема уже было приглашение в “Сатурн”, он с Бабуриным общался, ездил к нему на тренировки. Так что этот период для меня самый тяжелый был, я переживал как отец: парень имеет шанс попасть в футбольный клуб премьер-лиги, это обещает ему хороший завтрашний день, и вдруг на таком важном этапе – травма. Я волновался, выдержит ли он, переживал сильно, но об этом мало кто знает.

Н.В.: Я не уговаривала его бросить спорт, но моя точка зрения не изменилась – была против. Переживала тоже ужасно. И в деревне родители все время говорили: “Ну что вы с ним делаете”. Не скажу, что мы настойчиво его долбали, но звучало: “Тём, может быть, все-таки…” Хотя, в общем, недолго звучало. Когда убеждаешься, что человек свой выбор сделал, остается только идти с ним рядом по этому пути.

“Артему нужно было расти, а куда расти?”

Г.Н.: Он был на первом курсе, учил латынь, занимался. Тренировался на “Локомотиве” у Билялетдинова, и тот порекомендовал ему поехать на просмотр в “Динамо”, к Николаю Павловичу Гонтарю. И его взяли. Мы сидим дома, и вдруг Марина кричит: “Папа, Артема показывают”. Мы бежим к телевизору, посмотрели – и обомлели: точно, они на “Динамо” разминаются. Приезжает: “Папа, меня в Новогорск берут”. Я думаю – ничего себе! Попасть на эту базу – мечта любого спортсмена. Это был переломный момент. Потом их взяли на двухнедельные сборы с Прокопенко, в Одессу, у меня и кассета есть – первая Тёмина игра с “Металлургом”. После этого матча был подписан его первый профессиональный контракт, с клубом “Динамо”, где Гонтарь очень много сил вложил в Тёмину подготовку.

Артем был в основном составе, но для игровой практики выступал за дубль “Динамо”, тренером вратарей там был Валерий Клейменов. Он и пригласил Артема в молодежную сборную России. В “Динамо” в тот момент было много португальцев, много вратарей, началась смена поколений.Но для Артема не было места в основном составе, хотя все отмечали, какой он работоспособный и перспективный.

Голкипер “Сатурна” Артем Ребров во время матча чемпионата России по футболу "Сатурн" (Московская область) - "Спартак" (Нальчик) – 3:1. 2010 год © Фото: Станислав Красильников/ТАСС
И тут Бабурин предлагает ему перейти в “Сатурн”. Артем понимал: он на контракте и поступать надо честно. Поэтому Бабурин позвонил Гонтарю, чтобы перевести Артема в “Сатурн”. В клубе сказали: “Да, в такой ситуации лучше иметь игровую практику” и согласились. Вообще Сергей Алексеевич Бабурин – уникальный человек, самый преданный Артему. Никогда его не бросил, какие бы моменты ни были – всегда в него верил. Они до сих пор поддерживают отношения, и мы тоже. Когда у Артема спад был, травмы, другой бы сказал: “Все, читай книжки, твой футбол закончен”. А Сергей Алексеевич никогда не проявил ни малейшего сомнения, у него удивительная вера в Артема была.

Основным вратарем в “Сатурне” был Антонин Кински – я о нем очень хорошего мнения, это грамотный, сильный голкипер. Кински занимал твердое первое место, вытеснить его в то время было нереально. Это был сильный вратарь европейского уровня, Артем у него многому научился. Они, кстати, в отличных отношениях были и до сих пор переписываются. Но Артему нужно было расти, а куда расти? И снова получился период без игровой практики. На сборах в Братиславе Артем получает травму – опять операция, опять восстановление… Это был тяжелый для Тёмы момент, и он решил уйти из спорта. Пришел работать ко мне на энергетическое предприятие, курьером. Но Владимир Михайлович Пильгуй, спортивный директор “Сатурна”, уговорил его вернуться в футбол.

“Ту игру, оказывается, видело руководство “Спартака”

Надежда Владимировна и Геннадий Николаевич показывают альбом с публикациями об Артеме © Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС 

Г.Н.: Кински получил травму, и Артем начал играть в основном составе – дебютировал с “Амкаром”, они выиграли 2:0. Казалось, вот оно – пробил его час. И тут неожиданно “Сатурн” был объявлен банкротом. Клуб развалился, и Артем остался без команды.

Перерыв длился недолго: от Александра Побегалова последовало предложение играть за “Шинник”, Артем его принял. В этот период я прочитал в интернете, что Ребров может стать игроком “Спартака”. Позвонил Артему, спросил. Он ничего не знал – это было просто чье-то предположение.

Был важный эпизод, когда “Шинник” и цска играли на Кубок. В конце второго тайма Вагнер Лав вышел с Тёмой один на один, Тёма отлично сыграл ногами, вылетел из ворот и остановил Лава почти на середине поля. Когда он вышел на перехват, я чуть не закричал: “Тёма, ты куда полетел?” Я в то время уже был зрелый болельщик, понимал его слабые места. Знал, что главное – не делать неоправданных выходов, за это я переживал. Но там такого не было, Артем сыграл великолепно – опередил Лава и выбил мяч. Это шок был для всех! Как он вышел с ним один на один, как просчитал доли секунды, как в падении выбил мяч бедрами и спас команду... Люди говорили: “Вот это вратарь!”

Ту игру, оказывается, видело руководство “Спартака”, и вскоре прозвучал звонок от Валерия Клейменова с приглашением в команду.

“Некоторые вратари рано взлетают, 
но я понимаю, каково будет падение”

Н.В.: Обидно было, конечно, что он редко выходит на поле. Но я знала – когда-то будет его звездный час. Он настолько был увлечен, что шанс должен был появиться. У всех же по-разному складывается. Конечно, могло бы ему повезти и пораньше, да не сложилось. Но шел он к этому все время и должен был дойти.

Надежда Владимировна и Геннадий Николаевич Ребровы © Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС 

Г.Н.: А мне не было обидно. Я все эти годы наблюдал, как Артем рос, я столько эпизодов видел, когда он преодолевал себя, я видел изменения в его игре, в характере. Взять хотя бы красную карточку в матче с “Зенитом”, это еще в “Сатурне” было. Тогда Кински получил травму и в заявку не попал. Тёма вышел из ворот и сфолил на Кержакове – сыграл руками, и от Каюмова получил красную карточку. Я сам волейболист, я знаю, что такое эмоции, очень хорошо знаю. Когда доходит до рубки – можешь толкнуть, можешь плюнуть, можешь что угодно сделать, не управляя собой. А он подошел и пожал арбитру руку. Я прямо обомлел. И потом видел, как ему было тяжело, что играет не он, ведь начал-то он этот матч великолепно. Когда Данни выходит с ним один на один, Тёма берет мяч, прерывает прострел… И буквально на следующей минуте – Кержаков. Да, удаление было справедливое, но насколько ему болезненно было потом... Он, мокрый от пота, выходит, я говорю: “Ты куда?” – “Пап, хочу на игру попроситься”. Просился сыграть за дубль, трудом своим заполнял брешь, которая появилась. Хочет сгладить, а там играет уже другой – и Тёма снова выпадает из обоймы. С таким трудом он шел к этому, и опять не повезло... Но такой у каждого путь.

Я по своей работе знаю: если люди быстро шагают в карьерном росте – жди беды. Нужна зрелость. Некоторые вратари рано взлетают, но я понимаю, каково будет падение, если оно, не дай бог, произойдет. А когда человек по ступеням идет – он зреет, его этап футбольный обязательно настанет, просто путь к нему более тернистый. И здесь уже вопрос выдержки, сумеет ли человек себя преодолеть, дождаться. Кто-то не сумеет, а Артем смог.

“Мы всегда верили, что такой момент наступит – со “Спартаком” или с другой командой, но обязательно наступит”

Г.Н.: Дебют Тёмин в “Спартаке” я помню отлично – матч с “Волгой”. Там был момент, когда Хазов ударил головой из убойной позиции, но Тёма мяч отбил. Сыграли в основное время 1:1, но случилась эпопея с пенальти, а пенальти – это лотерея. Лотерею “Спартак” проиграл, счет по пенальти был 5:6.

Вратарь спартаковцев Артем Ребров (слева) меняет Андрея Диканя (справа), получившего травму в матче чемпионата России по футболу “Спартак” (Москва) – “Зенит” (Санкт-Петербург) – 1:2. Москва. 31 марта 2012 года © Фото Валерий Шарифулин/ТАСС
Я вообще почти все игры помню, некоторые с радостью, некоторые – с болью. Взять вот матч с “Зенитом” в 37-м туре чемпионата России, когда заменили Диканя. Он в начале второго тайма столкнулся с Кержаковым и в результате получил тройной перелом лицевых костей. После этого на замену вышел Артем. Эпизод настолько тяжелый для меня был, что я даже не мог радоваться, когда увидел сына на поле. Смотрел на Диканя на экране и понимал, что он не в себе, – у него глаза были мутные, ужас. Так что эта замена для меня была просто стерта.

В этот период у Тёмы опять был рецидив со связками, опять сделали операцию, он опять восстановился и так пришел к матчу с “Зенитом” в ноябре 2013-го. Я видел, как он сыграл, а ведь у него год игровой практики не было. 4:2! Тогда Федун сказал, что родилась новая звезда. Это я и называю – тернистый путь к победе. Мы всегда верили, что такой момент наступит – со “Спартаком” или с другой командой, но обязательно наступит, потому что это веление жизни и характера человека.

“Для него это назначение было довольно неожиданно”

Геннадий Николаевич показывает альбом с фотографиями Артема © Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС
Г.Н.: Я иногда слышу, что многие считают заслугой Мурата Якина привод Реброва в основной состав. Лично я далек от того, чтобы оценивать работу тренера. Вратарский труд еще могу на обывательском уровне комментировать, но это такой, кулуарный диалог, – а тренерский не готов. Думаю, Артему было приятно, что Якин его заметил. Важно, когда руководитель видит труд человека, то, как он отдается делу, как строит обратную связь, как общается с коллегами. Наверное, Якин, будучи серьезным психологом, все это в нем увидел. Он хорошо знал европейский футбол, и Тёма своим отношением к делу, я уверен, соответствовал очень высоким пробам. Но у нас как-то не очень принято, чтобы сын сразу к нам кидался с новостями, поэтому я про назначение узнал из интернета. Звоню: “Тёма, как дела?” – “Папа, да ничего, вроде все нормально. Меня капитаном назначили”. Для него это назначение было довольно неожиданно. Хотя, конечно, признание коллектива – большой стимул для любого человека. Тёме было приятно.

“Где он ошибался, где здорово сыграл – по нему сразу это было видно”

Н.В.: Я вообще никогда не лезла в футбол, они с папой все вопросы решали. Если Тёма хотел поговорить до или после игры, то говорил с папой. А сейчас и совсем не знаю, как он себя ведет перед матчем или потом, это все уже между ним и женой, в их семье.

Надежда Владимировна и Геннадий Николаевич с домашним питомцем – терьером по кличке Марсель ©Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС 

Г.Н.: Когда он играл за дубль, я его обычно с машиной встречал – они играли в Бронницах, за городом. Ехали вместе, и я всегда состояние его души после игры понимал: где он ошибался, где здорово сыграл – по нему сразу это было видно. Но мы сразу не говорили о результатах. Я мог сказать: “Тём, ну все нормально”. Было ли у него разочарование в каких-то эпизодах, чувство “здесь я неправильно сделал”? Конечно, было. Но никакой паники, никаких слез, никаких эмоциональных выбросов я не помню. Перейдя из юношеского футбола в зрелый, он многое по-другому воспринимает. Уровень ответственности, уровень переживаний совсем другой. Сегодня я встречаю его на машине, или Катя, жена, встречает. Если он сыграл хорошо, если команда выиграла – у него положительные эмоции, он много с болельщиками говорит. Когда проиграл – все равно говорит, дает интервью, расписывается.

Н.В.: У него вообще с болельщиками какой-то особый контакт. Наверное, это идет из дома. Мы же выросли не сказать что в крестьянской среде – у Гены мама преподаватель, папа ветеринарный врач, – но все-таки это не интеллигенция, простые люди. И Артем видел, как мы жили, как общались с ними: и с крестьянином, и с учителем – уважительно со всеми. Вот и он с болельщиками так же. И к малышам внимательно относится, вот недавно открытый урок в своей родной школе провел.

“Всегда ребятишек хотел, маленьких”

Надежда Владимировна и Геннадий Николаевич Ребровы в комнате Артема © Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС 

Н.В.: Тёма всегда хотел семью. Я сама в молодом возрасте никогда не была против рождения детей, но заранее про это не думала. Забеременела – и хорошо, и слава богу. А у него по-другому: он еще даже женат не был, а всегда ребятишек хотел, маленьких. И когда он Катю привел, мы очень спокойно восприняли Тёмин выбор. Мне совсем не нужно, чтобы он каждую минуту был с нами, – главное, чтобы его любили и у него все в жизни было хорошо.
Г.Н.: Катя сразу почувствовала себя своей, у нас не было никакого антагонизма. Одна позиция нам важна: “Тёма, ты счастлив?”.

Геннадий Николаевич показывает фотографии семьи Ребровых на “генеалогическом древе” © Фото: Михаил Джапаридзе/ТАСС 

Н.В.: И внуки у нас появились, как Тёма мечтал. Вот Платоха – у него явно тоже дело к спорту идет, маленький хоккеист.

Г.Н.: Платону было года три, Тёма попросил меня поехать с ним на каток. Я надел коньки. Стоит этот бедолага напротив, еле держится: “Дедушка, я больше не могу”. Я ему: “Платон, двигайся ко мне”. Он: “А потом – все?” Я: “Посмотрим”. Он приполз, мокрый весь. Я говорю: “Платош, давай еще кружок”. А теперь – орел! Такой уверенный, так конек ставит!

Н.В.: Маленький Артемка – тоже с мячом, и еще левша, левой ногой бьет. Такой неординарный.

Г.Н.: Наш сосед, Марат, сам бывший футболист и аналитик хороший, говорит: “У него природные данные уникаль
Рейтинг: 0 Голосов: 0 59 просмотров

Комментарии